новости

Семейные юристы — о достоинствах и странностях «просемейного» пакета Мизулиной | статьи на domvideostore

Яромир Романов / Znak.com

В четверг, 20 августа, истекает срок, отведенный для сбора замечаний к резонансному законодательному пакету в поддержку семьи, который в июле внесла в Госдуму группа сенаторов во главе с Еленой Мизулиной. После публикации законопроектов был организован сбор подписей и обращений к депутатам с просьбой не допустить принятия пакета в силу его дискриминационного характера по отношению к сексуальным меньшинствам. Но что с сугубо «семейной» частью этого пакета? Znak.com приводит оценки юристов, практикующих в том числе в сфере семейного права. Ведь им в случае принятия поправок придется учитывать эти нормы в своей практике.

Изъятие ребенка из семьи станет возможным только через суд. Но суды перегружены 

Одна из самых спорных норм пакета затрагивает возможность забирать ребенка из семьи. Сейчас органы опеки могут сделать это немедленно, если придут к выводу, что ребенку угрожает опасность (часть 1 статьи 77 Семейного кодекса РФ). При этом также незамедлительно уведомляется прокурор и решается вопрос о временном устройстве ребенка. Само изъятие оформляется административным актом регионального или, если у муниципалитета есть такие полномочия, муниципального уровня. После чего в течение семи дней готовится обращение в суд об ограничении или лишении родительских прав. 

Если поправки из пакета Мизулиной будут приняты, процедура заметным образом поменяется, как и сама статья 77. В ее новой редакции предложено установить только два основания, по которым можно отобрать ребенка. В первом случае это вступившее в законную силу судебное решение об ограничении или лишении родительских прав или об отмене усыновления. Во втором — это акт органа опеки или попечительства об отстранении опекуна или попечителя от его обязанностей. Других оснований для изъятия поправками не предусмотрено.

Доводы сенаторов излагает доцент кафедры в Институте государства и права Тюменского госуниверситета, кандидат юридических наук Юлия Холодионова. По ее словам, действующий внесудебный порядок изъятия ребенка не гарантирует отсутствие злоупотреблений со стороны органов опеки. Часто они просто манкируют обязанностью уведомлять о своих действиях прокурора и в течение семи дней обращаться в суд с иском о лишении или ограничении родительских прав. Но куда страшнее, отмечает юрист, вопиющие случаи административного изъятия из малоимущих семей, которые обращались в опеку за помощью, а в итоге вместо помощи получали драмы с изъятием детей.  

«Государство стремится максимально сохранить приоритет семейного воспитания детей. Поэтому и изъятие ребенка из семьи должно быть возможным только в ситуации, когда существует реальная угроза его жизни и здоровью. В реальности же поводами для изъятия детей могут стать нехватка игрушек или не тот набор продуктов в холодильнике, ненадлежащее состояние или отсутствие отдельной комнаты у ребенка, синяки на теле, частое пребывание малыша с бабушкой и дедушкой», — отмечает Холодионова. 

Но стремление сенаторов сильно ограничить возможности для внесудебного изъятия детей наталкивается на реальность, с которой работают юристы-практики.

Главная проблема состоит в том, что суды общей юрисдикции, которым подсудны дела о лишении и ограничении родительских прав, на сегодня просто завалены такими делами, констатирует адвокат, управляющий партнер бюро МСК LAW Ирина Кузнецова. При этом тяжбы по ним всегда носят затяжной характер — во многом из-за того, что рассмотрение таких дел требует участия представителей госорганов. А они бывают слишком загружены как в своем ведомстве, так и на аналогичных судебных процессах, делится Кузнецова.  

«Задачей быстрого изъятия ребенка из семьи уполномоченными органами видится его защита в моменте. Зачастую это вопрос жизни ребенка, сохранения его физического и психического здоровья, половой неприкосновенности. Если законодатель считает, что промедление на судебные процедуры в подобных ситуациях — это дань уважения к внутренним делам семьи и невмешательству в ее жизнь, то это крайне циничный подход», — считает юрист.  

Сторонники предложенных норм отмечают, что поправки все же не исключают внесудебное вмешательство, если ребенку в семье грозит реальная опасность. И предлагают в таких ситуациях подключать полицию, которая наделяется правом осуществлять меры временной защиты ребенка. Это новое понятие, которое может быть введено в семейное законодательство пакетом Мизулиной. Оно предусматривает, что на время неспособности родителей осуществлять свои родительские обязанности ребенок младше 3 лет может быть отправлен в больницу, а в более старшем возрасте — в социальное учреждение или к ближайшим родственникам. 

Одним из случаев, когда должен включаться механизм временной защиты, в поправках названо задержание родителей ребенка полицейскими.    

«Закон о полиции действует, и, безусловно, в случае совершения преступления против ребенка в семье можно и нужно незамедлительно обращаться в органы. Родитель может быть задержан, арестован, а для ребенка законопроект предусматривает возможность передачи на попечение родственникам», — соглашается Ирина Кузнецова. Правда, добавляет она, на отладку этого механизма вес же потребуется время, и хотелось бы избежать создания правоприменительной практики слишком дорогой ценой… 

Анастасия Мельникова / Znak.com

Работников опеки можно будет не пускать на порог. Но попасть в дом могут полиция и спасатели 

По закону (пункт 11 статьи 8 федерального закона от 24.04.2008 года № 48-ФЗ) органы опеки действительно должны проверять, в каких условиях живут их подопечные. Это определено как часть работы по профилактике нарушения прав. Причем проверки могут быть как плановые, так и внеплановые, следует из подзаконного акта — правил проведения таких проверочных мероприятий, которые правительство утвердило в мае 2009 года.  

Весь вопрос в том, считать ли такие проверки основанием для нарушения конституционных прав на свободу личной жизни и права на жилище (статьи 23 и 25 Конституции РФ), рассуждает Юлия Холодионова. Основной закон охраняет эти права от незаконного безосновательного доступа. Но в статье 25 Конституции прямо говорится о том, что проникать в жилище против воли проживающих в нем лиц допустимо в случаях, установленных федеральным законом. Соответственно, если проверка условий проживания вызвана исполнением законных обязанностей органов опеки, то она не должна рассматриваться как нарушение конституционных прав граждан, считает юрист. 

Поводом ограничить права органов опеки, конечно, стали нашумевшие истории, когда инспекторы социальных служб буквально вырывали плачущих детей из рук бьющихся в истерике матерей.

Но чтобы не возникало подобных ситуаций, равно как и законодательных нововведений, направленных против них, возможно, стоило бы навести порядок в уполномоченном госоргане, полагает Ирина Кузнецова. 

Впрочем, отмечает она, практический смысл этой поправки легко сводится к нулю простым обращением в полицию. Там не должны оставлять без внимания сообщения о том, что за закрытыми дверями находится ребенок, которому угрожает опасность. И, скорее всего, это будет та ситуация, в которой полицейские наделены правом на проникновение в квартиру вопреки воле хозяев. «Своим клиентам в определенных обстоятельствах я также буду рекомендовать обращаться в службы спасения», — добавляет адвокат. 

Яромир Романов / Znak.com

Закон разрешит усыновлять родственникам даже с маленьким доходом. Но будет ли это работать? 

Любой, кто уже сталкивался с процедурой усыновления, расскажет, как тщательно органы опеки исследуют материальное положение и жилищные условия семьи, претендующей на право стать приемной. Поправки из пакета сенаторов заметно все упрощают. Маленький (правда, не указано, насколько маленький) доход усыновителей или несоответствие их жилья санитарным и техническим нормам больше не будут препятствием для процедуры, если дело касается родственников усыновляемого ребенка. Более того, вводится прямой запрет на отказ по таким основаниям.  

Пакет Мизулиной осложнит жизнь российским трансгендерам. Много их? Не проще ли им уехать?

Кроме того, сенаторы во главе с Еленой Мизулиной предлагают не лишать родственников права усыновления, если у них уже есть о ком заботиться, — как написано в законопроекте, недееспособные на иждивении. Исключение, при котором родственнику откажут, — если проживание с ним угрожает жизни и здоровью ребенка. Все это направлено на то, чтобы не разлучать ребенка с близкими им людьми — прежде всего бабушкой и дедушкой, даже если те живут на скромную пенсию в покосившемся частном доме на краю деревни. 

Но Ирина Кузнецова сомневается, что эти нормы в случае их появления в Семейном кодексе будут работать. Адвокат проводит параллели с решением вопроса об определении места жительства ребенка при разводе родителей. По определению суда орган опеки обследует жилищные условия как у матери, так и у отца. А в беседах на таких обследованиях инспектор интересуется родом деятельности, доходом родителя, претендующего на воспитание ребенка. И на основании этого и других сведений, собранных по делу, госорган дает заключение, с кем лучше жить ребенку. 

«С моей точки зрения, такое обследование правомерно. Но если такая практика существует в отношении самих родителей, то она устоит и в отношении иных родственников», — уверена Кузнецова.

Куда больше шансов, считает юрист, у другой нормы, которая позволит привлекать родственников к воспитанию детей без документов, подтверждающих такие полномочия, — например доверенности. Таким пунктом хотят дополнить статью 62 Семейного кодекса. Ранее в этой статье было прописано, что в воспитании ребенка могут участвовать только его родители. Сенаторы обещают, что после корректировки статьи нельзя будет отобрать ребенка, например у бабушки, только потому, что у нее не оказалось доверенности от родителей.  

Ирина Кузнецова считает, что это хорошая поправка, отвечающая реалиям жизни. Целое поколение воспитывали бабушки, и странно, что воспитательский труд бабушек и дедушек до этого не был «легализован». Еще один положительный момент — в Семейном кодексе остается важным значение мнения ребенка, достигшего возраста 10 лет. Оно было и есть обязательно, по всем вопросам, которые касаются его прав и законных интересов. Если ребенок от 10 лет выберет жизнь у бабушки, несмотря на ее низкий доход и плохие бытовые условия, так тому и быть. 

Яромир Романов / Znak.com

После трех лет усыновления ребенка нельзя вернуть в детдом. Но что тогда делать ребенку? 

К странностям пакета можно отнести предложение запретить усыновителям возвращать ребенка в детский дом после трех лет, прошедших с момента усыновления. Подобные ситуации сейчас случаются. И, как считает адвокат Кузнецова, лучше бы такое право сохранить, потому что это оставляет хоть какую-то гарантию того, что ребенок не останется без попечения вовсе.  

«Норма требует более серьезной проработки. Ведь и сам ребенок может быть несчастлив в приемной семье и не желать в ней более жить. И если он будет понимать, что у него нет пути назад, какой выход из ситуации он найдет?.. Если же это инициатива приемной семьи — вернуть ребенка, то мотивы и причины должны очень тщательно исследоваться. Возможно, желание вернуть ребенка ничем не мотивировано, а значит, есть злоупотребление правом, за которое вполне уместны какие-то санкции», — комментирует юрист. 

Попутно, считает Кузнецова, следует разобраться с еще одной сомнительной нормой из пакета Мизулиной. Поправки предполагают, что родителями ребенка официально будут считаться исключительно кровные, биологические мать и отец. Так сенаторы хотят «возродить традиционную ценность кровнородственных отношений». Но не вполне понятно, как это будет работать на практике, недоумевает адвокат. 

Почему будущим усыновителям откажут в праве называться родителями и не станет ли это демотивирующим фактором для тех, кто задумывается об усыновлении?

Что делать тем, кто уже усыновил ребенка, и не одного? С момента вступления в силу обновленного Семейного кодекса они перестанут быть родителями? Как это повлияет не только на отношения в семье? И, кстати, как быть с тайной усыновления — правом приемных родителей сохранять в секрете от других сам факт, что у них не кровное родство с их ребенком? Законопроект ответов на эти вопросы не дает.    

Наиль Фаттахов / Znak.com

Механизм временной защиты ребенка — это хорошо или плохо? 

Сенаторы предлагают прописать порядок действий, который защитит детей в экстренной ситуации. Например, когда оба родителя (или один из них, если он единственный) временно не смогут осуществлять свои родительские права. Например, их госпитализировали, задержали и даже арестовали. Или они пропали без вести. Или если кто-то из них, с кем находится ребенок, находится в состоянии алкогольного или наркотического опьянения.  

В «просемейных» поправках Мизулиной нашли угрозу для семей оппозиционеров. Это так?

В этом случае ребенка сначала обязаны передать на руки врачам (если ребенку нет 3 лет) или определить его в соцучреждение. Но только на время, которое понадобится на поиск родственников, — в приоритете, конечно, это бабушка и дедушка. Если окажется, что те проживают в другом городе или другом регионе, ребенка туда доставят за счет государства. Ребенка также могут передать другим близким, если так захочет сам несовершеннолетний, которому больше 10 лет. Или если родители укажут близкого в качестве фактического воспитателя ребенка, с которым в случае чего необходимо его оставить. Ирина Кузнецова из МСК LAW считает, что это важная и хорошая норма.

Сейчас семейное законодательство не предусматривает механизма для реальной защиты ребенка в ситуации, когда родители по какой-либо причине не могут осуществлять свои родительские права.  

«Мы недавно с коллегами сломали головы, пытаясь решить задачу нашей клиентки. Обеспокоенная мама, помимо составления завещания на случай своей смерти, хотела назначить опекуна своей несовершеннолетней дочери, который должным и заранее согласованным образом заботился бы о ее ребенке, — рассказывает адвокат. — Так что первое, что мы сделаем, если эта поправка будет утверждена, напишем соответствующее заявление в органы опеки и попечительства на конкретное выбранное лицо, которому будут переданы соответствующие полномочия в случае смерти родителей. Хорошо, если появится возможность для такого добровольного волеизъявлении на плохой случай». 

Вообще, потеря родителей и даже их длительное отсутствие (неважно, по какой причине) — и без того большой стресс для ребенка. Так что важно обеспечить его право остаться в кругу семьи, со своими родственниками или людьми, к которым он с ранних лет привык и которым всецело доверяет, добавила Кузнецова. 

Источник: www.znak.com

Похожие новости

Добавить комментарий