новости

Как преследуют врачей, сообщающих о проблемах в здравоохранении, и что с этим делать

PPI / Keystone Press Agency / Global Look Press

В конце марта двух работников медучреждений Вашингтона и Нью-Йорка уволили после того, как они публично заявили о нехватке оборудования в больницах для лечения пациентов с коронавирусом. Эта проблема касается не только США: о юридической незащищенности медицинских работников, сообщающих о нехватке оборудования или средств индивидуальной защиты в условиях пандемии, сейчас говорят все чаще во многих странах мира. В начале апреля московского врача-нейрохирурга Всеволода Шухрая вызвали в прокуратуру и заставили писать объяснительную после того, как он заявил о нехватке термометров, масок и ультрафиолетовых ламп в больнице, где работает. Участники волонтерского проекта RAVEN разобрались в проблеме и считают, что необходимо законодательно закрепить положения о защите заявителей от увольнения и других форм дискриминации.

Медицинские работники ищут общественного внимания к проблеме нехватки оборудования и средств индивидуальной защиты не от любви к популярности или желания разжечь скандал, а из-за того, что других способов решить проблему они попросту не видят. Как правило, сначала они идут к руководству, чтобы разрешить проблему нехватки тех или иных средств и инструментов, но вместо вразумительного ответа получают угрозы или отговорки. Иногда медработники и врачи даже не думают о том, чтобы обратиться к руководству, потому что не ожидают конструктивной реакции. «Следствием нашей борьбы за свои права становится травля всеми возможными способами», — говорит врач скорой помощи из подмосковного Королева. В условиях пандемии ситуация усугубляется. Врачам и медработникам запрещают публично сообщать о нехватке средств индивидуальной защиты: «За любое озвучивание всех этих фактов — санкции. Одна из самых популярных санкций — выговор». После трех выговоров работника ждет увольнение.

PPI / Keystone Press Agency / Global Look Press

Однако журналисты также подвергаются давлению. В конце апреля пресс-секретарь президента Дмитрий Песков рекомендовал медработникам обращаться в компетентные региональные органы власти — например в региональное министерство здравоохранения, а не в газеты и другие средства массовой информации, и подчеркнул, что требования врачей по поводу обеспечения безопасности должны исполняться.

Через неделю после высказывания Пескова Роскомнадзор заблокировал сайт мединского отраслевого журнала «Vademecum» за заметку о предоставлении средств из ОМС для лечения коронавирусных пациентов.

Сайт разблокировали только после удаления заметки. Редакция журнала назвала требование удалить заметку цензурой. Журналистку петербургского издания Татьяну Вольтскую вызывали в Следственный комитет за ее статью, где один из медработников рассказывает о тяжелых условиях работы. Ей грозило преследование по статье 207.1 УК «Публичное распространение заведомо ложной информации об обстоятельствах, представляющих угрозу жизни и безопасности граждан», которую ввели в законодательство 1 апреля 2020 года. Представители Следственного комитета просили Вольтскую раскрыть имена работников, у которых она брала интервью, и нарушить тем самым правила конфиденциальности. 

Врачи обращаются к журналистам, а не в органы власти или правоохранительные органы именно потому, что журналисты готовы хотя бы попытаться обеспечить им конфиденциальность.

Очевидно, что сохранение анонимности позволяет снизить угрозу санкций по отношению к лицам, сообщившим о тех или иных проблемах. Органы власти мыслят иначе: для них важно обнаружить источник негативной информации и как можно скорее прекратить ее распространение. Для того, чтобы заставить журналистов рассказать о своих источниках, на первых оказывают давление: именно для этого используется новая статья УК, которой угрожали Татьяне Вольтской. 

Однако в отличие от правоохранителей журналисты и СМИ не всегда могут проверить достоверность того, что сообщили о ситуации медработники и другие информанты. В идеальной ситуации надзорные органы узнают о проблеме по защищенному каналу связи с заявителем, проверяют информацию и предпринимают меры, чтобы ее решить. Например, в Великобритании заявитель может обратиться в СМИ, но в ограниченном количестве случаев: если раскрытие правонарушения не несет личной выгоды для заявителя при раскрытии правонарушения, а также если заявитель полагает, что работодатель подвергнет его санкциям за раскрытие информации внутри компании или в предписанных государственных органах. Как показывает зарубежный опыт, СМИ могут являться действенным механизмом защиты заявителей, поскольку информант обращается к журналистам в последнюю очередь, когда опасается санкций со стороны руководства за распространение сведений о возможных правонарушениях. При этом правоохранительные органы в таких странах осознают риски недостоверности опубликованных в СМИ сведений и инициируют собственное расследование.

PPI / Keystone Press Agency / Global Look Press

Кроме анонимности, еще один способ защиты медицинских работников от санкций — обращение в инстанции через профсоюз. «В качестве инструмента для защиты своих прав в ситуациях нарушений условий труда, нехватки средств индивидуальной защиты, занижения вредности условий труда, сомнительных закупок в лечебно-профилактических учреждениях и так далее медицинским работникам можно посоветовать обращаться в профсоюз», — говорит Александр Золотарев, оргсекретарь профсоюза медработников «Действие». По его мнению, профсоюзы и пациентские сообщества становятся «страховкой медицинского работника от рисков, которые могут произойти из-за обнародованных проблем лечебно-профилактического отделения», а прямое обращение приводит к тому, что на медработников начинает давить руководство.

Были случаи, когда медицинские работники сообщали о нарушениях со стороны руководства в правоохранительные органы.

Так, работники неврологического отделения стационара Люберецкой больницы попросили правоохранительные органы проверить работу руководства больницы. После публикации этой новости Роспотребнадзор заявил, что проведет проверку, однако информации об ее итогах до сих пор нет. Таким образом, даже в тех редких случаях, когда российские контролирующие органы обращают внимание на проблему и пытаются ее разрешить, общество все равно остается в неведении.

В связи с этим руководитель юридического центра «Московский и партнеры» Андрей Московский обращает внимание, что «отношение власти к сообщениям граждан о каких-либо нарушениях всегда было двояким. С одной стороны, руководство страны заинтересовано в получении информации о реальном состоянии дел, с другой стороны, нежелательно, чтобы поток негатива был слишком мощным».

«В соответствии со ст. 33 Конституции РФ граждане Российской Федерации имеют право обращаться лично, а также направлять индивидуальные и коллективные обращения в государственные органы и органы местного самоуправления. Также ст. 6 Федерального закона от 02.05.2006 N 59-ФЗ „О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации“ устанавливает, что запрещается преследование гражданина в связи с его обращением в государственный орган, орган местного самоуправления или к должностному лицу с критикой деятельности указанных органов или должностного лица либо в целях восстановления или защиты своих прав, свобод и законных интересов либо прав, свобод и законных интересов других лиц», — объясняет Московский.

По его словам, несмотря на то, что действующее законодательство запрещает преследовать граждан за сообщения о преступлении, «надзорные и правоохранительные органы не очень охотно рассматривают дела о нарушении порядка обращений граждан, и особенно дела о преследовании за обращения.

Но если ситуация получила общественный резонанс, придется разбираться». 

Пока ситуация в России показывает, что медицинские работники чаще заявляют о нехватке оборудования или средств индивидуальной защиты в условиях борьбы с коронавирусом, а не о коррупции. Однако эти проблемы взаимосвязаны: расследователи уже выявили закупки ИВЛ по завышенной цене в Дагестане, закупки просроченных ИВЛ во Владимирской области и несколько других похожих случаев. Можно предположить, что первостепенной проблемой для медработников и медицинских учреждений является нехватка средств индивидуальной защиты и оборудования. Поэтому можем осторожно предположить, что сейчас и контролирующие органы, и руководство медучреждений предпочитает закрывать глаза на попытки обогатиться на поставках оборудования — главное, чтобы поставка произошла и оборудование работало. К сожалению, такая политика усиливает риски, связанные с коррупцией, и даже угрожает здоровью и жизни людей.

PPI / Keystone Press Agency / Global Look Press

Пандемия коронавируса делает наглядной проблему незащищенности заявителей от коррупции в России, поскольку действующие законодательные меры не предусматривают защиту от мести со стороны руководства. Практика показывает, что за любые критические публичные высказывания, в том числе и за сообщения о коррупции, руководитель медработника скорее уволит его, чем обратит внимание на проблему и тем более попытается ее решить. Это приведет к усугублению уже имеющейся проблемы нехватки медицинского персонала в условиях пандемии.

Кроме того, на заявителя может давить не только непосредственный руководитель, но и третьи лица, о коррупционных правонарушениях которых могут сообщать медики. Механизмов защиты от такого давления нет, и ответственность может быть переложена на самих медицинских работников. Пострадать могут не только они, но и вся система российской медицины. Повсеместный страх санкций и обоснованное нежелание привлекать внимание руководства к проблемам ведет к увеличению риска нецелесообразного расходования бюджетных средств на нужды здравоохранения, закупкам некачественного оборудования или оборудования по завышенным ценам и т. д. И в конечном счете пострадают те, ради кого работает эта система.

В ситуации, когда пресс-секретарь президента публично называет врачей героями, но не рекомендует им жаловаться в СМИ на отсутствие средств индивидуальной защиты или градусников, проблема беззащитности заявителей о коррупции выходит на передний план.

Необходимо законодательно закрепить положения о защите заявителей от увольнения и других форм дискриминации: понижения в должности, лишения надбавок или части зарплаты.

Для обработки сообщений о коррупции в медицинской сфере необходимо сформировать временный координационный орган, который бы принимал такие заявления по конфиденциальному каналу с обратной связью. Таким образом медицинские работники будут защищены от ответных санкций, а также смогут проследить решение проблемы. Если же медицинские работники решат обратиться в СМИ, правоохранительные и контролирующие органы должны обращать внимание на такие заявления. Вместо того, чтобы заставлять медицинских работников замолчать, информация, с которой они обращаются, должна стать поводом для внутренней проверки и минимизации коррупционных рисков в органах здравоохранения.

Авторы текста — участники волонтерского антикоррупционного проекта RAVEN.

Публикации рубрики «Мнение» выражают личную точку зрения их авторов.

Хочешь, чтобы в стране были независимые СМИ? Поддержи Znak.com

Источник: www.znak.com

Добавить комментарий